22 ноября 2013

Антон Шипулин: «В олимпийский сезон надо чем-то жертвовать ради главного старта»

В воскресенье смешанной эстафетой в шведском Эстерсунде стартует олимпийский сезон в биатлоне. Перед первой гонкой один из лидеров мужской сборной России рассказал корреспонденту «СЭ» о грядущей Олимпиаде, семье, соцсетях и отношении к славе.

Антон Шипулин:

– О чем вам сказали собственные результаты на контрольных стартах?

– Конечно, я недоволен. Для любого спортсмена это непросто – показывать плохой результат, пусть даже и на контрольном старте. Все равно начинаешь себя терзать: а почему так? С другой стороны, я понимал, что сильных результатов и не должно было быть. Готовимся-то мы к другому. До этих гонок мы провели, наверное, одну контрольную тренировку. Это было сделано специально, чтобы не провоцировать ранний выход на пик формы. Будем набирать ее постепенно. Постараемся разогнаться через старты в Кубке мира и на Играх показать хороший результат.

– В прошлом году вы ставили перед собой весьма амбициозные задачи. Но из суеверия рассказали о них только по окончании сезона. С тех пор ваша позиция не изменилась?

– Нет. Я по-прежнему суеверен. Вообще мало кто из спортсменов готов заранее говорить, какие у него планы. Для меня это плохая примета. Посмотрим, как будет. Пока могу только пообещать, что сделаю все возможное. Речь, разумеется, не о Кубке мира. Возможно, надо будет чем-то жертвовать, чтобы максимально хорошо подвести себя к главному старту сезона.

– Уже знаете, какие этапы можете пропустить?

– Пока нет. Мы с тренерами решили не загадывать. Будем смотреть по самочувствию, по конкретным гонкам, исходя из моих результатов в Кубке мира. Даже если все пойдет хорошо, возможно, это как раз будет означать, что нужно что-то пропустить. Уйти на время от соревнований в подготовку. Но пока рано об этом говорить. После первого-второго старта, думаю, будет уже понятнее.

– У сборной России был свой закрытый отбор. А не хотелось бы пробежать, например, на норвежских стартах, где помимо хозяев были и немцы, и французы, и другие соперники?

– Конечно, хотелось бы. Сравнить себя с будущими соперниками, посмотреть на их готовность к сезону. Это интереснее, чем просто внутрикомандные старты. С другой стороны, у нас в сборной конкуренция тоже была хорошей. В заключительной гонке в 30 — 40 секундах уместились чуть ли не 10 человек. А за гонками в Норвегии мы следили по интернету.

– О чем эти результаты говорят вам как профессионалу?

– Могу сказать одно: на контрольных стартах каждый решает свои задачи. Одному нужно показать себя, а другому – просто разогнаться. Кто-то к контрольным стартам готовится, а кто-то воспринимает их просто как этап на будущее. Потому и относиться к ним нужно соответственно. Не стоит заострять на них внимания.

– Вы приняли решение уйти из группы Лопухова на самоподготовку в середине осени. Понятно, что основная база на сезон к октябрю уже была заложена. Что же хотели получить от самостоятельной работы в заключительный период?

– С Николаем Петровичем мы ни в коем случае не ругались, как многие думают. То, что у нас были плохие отношения, – неверно. Решение уйти на самоподготовку было непростым, и мы с моим личным тренером Владимиром Путровым долго его обсуждали. Основная причина в том, что мне не подходила та горная подготовка, которую наметил Лопухов. И мне очень понравилось работать в группе Польховского, или, как ее называют, группе Черезова. Мы никуда не торопились, не форсировали нагрузку, спокойно провели вкатку. Нам очень повезло со снегом: мы уехали в Финляндию, потом в Норвегию и спокойно набрали нужный километраж. К тому же в маленькой группе каждый получает больше внимания – после коллектива из 10 человек это чувствуется. Думаю, будущее – как раз за такими маленькими группами.

– Ребята из основной команды, с которыми вы провели все лето, вас поняли?

– В общем, да. Удивились, конечно. Дима Малышко, с которым мы вместе жили на сборах, вообще был в шоке. Как и Евгений Устюгов. Но я принимал это решение не один, а с личным тренером. Мы долго думали и в итоге решили, что так будет лучше. Сейчас нельзя однозначно сказать, было ли это правильным. Результат покажет. Но я не жалею. Если бы пришлось выбирать снова, поступил бы точно так же.

– Вы всегда очень тепло отзывались о Черезове и признавали, что в команде вам его не хватает. Это повлияло на выбор, где именно проводить самоподготовку?

– Ваню я люблю практически как брата. Всегда прихожу к нему за советом. Он был и остается для меня авторитетом. Много чему можно поучиться и у Максима Чудова, и у Максима Максимова. Знаете, в этой команде я снова ощутил себя таким юниорчиком (улыбается). Многому как будто заново учился. Ребята очень мне помогли. Эмоции от того, что мне удалось поработать с ними, только самые позитивные. Плюс я получил возможность покопаться в себе, по-своему что-то организовать. Именно это мне и было нужно.

– Группе Черезова в межсезонье помогал Владимир Королькевич. Вам удалось с ним пересечься?

– Да, мы встречались, общались. Он очень хороший человек и грамотный тренер. Всегда поможет и подскажет – в какое время дня и ночи к нему ни обратись. Мне было очень интересно, я узнал от него много нового.

– Вам бывает страшно, что что-то в этом сезоне может не получиться?

– Всем спортсменам бывает страшно. Тем более у нас в команде громадная конкуренция – нужно постоянно держать себя в тонусе. И это не всегда радует. Иногда хочется немного сбавить обороты, чтобы потом снова прибавить. Но такой возможности нет.

– О чем вы думаете, глядя сейчас на того же Оле Эйнара Бьорндалена, который на стартах в Шушене обошел куда более молодых соперников?

– Бьорндален был и остается моим кумиром. Раньше – потому что выиграл все. Доказал миру, что он великий спортсмен. А сейчас он удивляет и поражает тем, что, несмотря на свой немаленький для биатлона возраст, продолжает находить мотивацию. Готовится к стартам, где уже выигрывал или завоевывал медали. Казалось бы, давно уже должен был успокоиться. Но нет! Он постоянно что-то в себе ищет, какие-то резервы. Собирает волю в кулак и идет против природы. А ведь когда все хорошо, когда у тебя уже все есть, находить мотивацию куда сложнее.

– Вас удивило, когда Бьорндален заранее объявил, что уйдет после Игр в Сочи?

– Нет. Это было предсказуемо. Все-таки возраст у него уже не биатлонный. Надо понимать, что Игры – основная цель для любого спортсмена. Очень многие нацелены именно на них и хотят уйти красиво. После Сочи так наверняка поступит не один Бьорндален.

– Вы отличаетесь грамотным подходом к медийной составляющей спорта. Даже о своем решении уйти на самоподготовку написали сами, в блоге, не дожидаясь, пока эта информация просочится откуда-то еще. У вас есть понимание, как правильно вести себя с прессой, с болельщиками в олимпийском сезоне? Ведь требовать внимания будут больше.

– Я всегда любил общаться с болельщиками. Такая у нас работа – мы должны пропагандировать спорт. Редко когда отказывался и от общения с прессой. Но сейчас олимпийский сезон – и нужно определиться. Собрать все в кулак, от многого отказаться, не распыляться. Сейчас все боятся сглазить, сказать что-то лишнее. Особенно русские. Европейцы в этом смысле более раскованны. Лично для себя я принял решение поменьше общаться с прессой. Хочу сразу за это извиниться. Даже на страничках в соцсетях писать перестал.

– Как вы, кстати, решали для себя вопрос: что можно показывать и рассказывать в соцсетях, а что – нет?

– Я по-прежнему считаю, что можно и нужно показывать практически всю свою жизнь. Никогда этого не стеснялся. Мне кажется, что болельщики должны видеть спортсмена не только на трассе, но и знать его увлечения, характер, образ жизни. Для этого я и выкладывал фото из отпуска, с рыбалки, с родителями. Чтобы болельщики знали не только Шипулина-спортсмена, но и человека.

– Как дела у вашей сестры Анастасии Кузьминой?

– Хорошо. Жду не дождусь, когда мы уже увидимся. Мы с ней очень любим гулять в Эстерсунде – по часу, а то и по два. Настя – родной человек, с которым можно обсудить то, что не расскажешь даже тренеру и другу. Тем более, мы так давно не виделись. Последний раз пересекались в апреле. Есть о чем поговорить.

– Домашнюю Олимпиаду можно воспринимать как своего рода звездный час? Ведь о вас узнает куда более широкий круг людей, чем раньше.

– Для меня Олимпиада – это точно не премии, смокинги, деньги, квартиры-машины, слава и т.д. Игры – это мечта всей спортивной жизни. Выиграть их или завоевать медаль – большего счастья для меня не придумать. Деньги и слава – все преходящее. А олимпийский чемпион – это пожизненно.

– Тем не менее получить, к примеру, личного спонсора в олимпийском сезоне – это своего рода признание.

– На самом деле, с компанией «Мегафон» мы работаем уже не первый сезон. Мне очень нравится, как там относятся к спортивным проектам. Например, в 2012 году я проводил с их помощью соревнования «Звездный биатлон» в Екатеринбурге с участием лучших спортсменов мира. Помню, был приятно удивлен тем, что как только я заговорил об этой идее, в компании меня тут же поддержали. Надеюсь, таких совместных проектов у нас будет еще много.

Они вообще молодцы: устраивают много пресс-конференций, мероприятий для болельщиков. Я даже на Олимпиаду в Лондон летал по приглашению «Мегафона». Первый раз был на Играх в роли зрителя, а не спортсмена. Проникся олимпийским духом. Мне очень понравилось. Ведь когда ты приезжаешь на Олимпиаду выступать, то всего этого праздника вокруг не видишь.

Екатерина КУЛИНИЧЕВА

Источник: winter.sport-express.ru

О сайте | Условия использования информации | Реклама на сайте